April 22nd, 2017

taki_net: (Default)
Saturday, April 22nd, 2017 12:42 pm
Автор поста - школьный учитель и правозащитник. Приводится пост и два коммента одного автора.

Пост: Вы не представляете, как круто, когда при выключенном свете по кругу подростки читают вслух Конституцию. Библионочь

Комм1: Нет, не взлетит. Нет, не круто.

Комм2: Хочу уточнить свою позицию: эта конституция - конституция СТРОИТЕЛЬСТВА путинизма. Каждый шаг к тому строю, который у нас сформировался к 2005-му примерно году - сделан по этой конституции, более того, в направлении, которое предвидели ее создатели и которого они хотлеи (уничтожение сдержек и противовесов, создание диктатуры Администрации Президента и лично президента, так, чтобы мудрые и прогрессивные советники могли проводить радикальные реформы, не оглядываясь на недовольных, которых могло быть (и бывало) по 80 процентов.

Да, перезревшему Путину стало тесно даже в рамках этой конституции, но это не повод с пафосом декламировать программу построения диктатуры - выполненную и перевыполненную.
taki_net: (Default)
Saturday, April 22nd, 2017 01:18 pm
Преабмула. В русской политической традиции есть такой фундаментальный тезис - "Обмен неограниченных полномочий власти на широкие гарантии личных прав человека (свободу слова, прежде всего, и защиту от судебно-полицейского произвола)". Впервые этот тезис был сформулирован как политическая программа мейнстримного славянофильства в середине 19 века. Уязвимость этой конструкции видна была уже тогда, но, впрочем, все конституции логически уязвимы (что будет, если самая могущественная политическая сила решит нарушить прописанный контракт?) - славянофилы исходили из небеспочвенной гипотезы, что император нуждается поддержке "общества", и это может быть формулой соглашения. Дыра тут не столько в том, что сказано выше, сколько в том, что большая часть общества не понимает, почему, отказавшись от множества куда более жизненных прав, надо стоять насмерть за эти? Достоевский, например, уже вполне открыто выступал против гарантий от судебного произвола: добрые Порфирии Петровичи разберутся лучше, чем бездушные статьи УК и УПК. И в самом деле, если мы доверяем чиновнику бесконтрольно законодательствовать и управлять, то почему не судить?

Второй раз идея Великого Компромисса возродилась как фарс в 1936 году, когда опальный Бухарин, которому была поручена задача редактирования Советской конституции, высовывая язык от собственной хитрости, вписал в нее и свободу слова, собраний, союзов, и равенство перед законом, и беспристрастное правосудие. 90 процентов текста были про всевластие Партии, а остальные 10 про то, как от этого всевластия не пострадать человеку. Ну что, волчьим смехом смеялось собрание, отправляя Бухарина на расстрел.

... Конституционное Совещание РФ 1993 года прибегло к этой идее в третий раз вполне осознанно, что напоминает нам исключительно бледнолицем и его граблях...

Амбула. При написании Конституции 1993 года был очевидный императив: конструкция власти должна была позволить прогрессивному реформатору проводить радикальные, болезненные реформы, не оглядываясь на недовольных. Иными словами, это должна была быть конструкция НЕОГРАНИЧЕННОЙ ВЛАСТИ, не скованной ни законодательным, ни судебным контролем (напомню, что в ближайшей программе была "большая приватизация" - не комическая пародия "Волга за два ваучера", а раздача даром своим, назначенным в администрации людям прибыльных, экспортноориентированных предприятий, Норникеля, Юкоса и других - как это можно было бы делать, существуй в России независимый суд или парламент?). Тут, повторяю, разногласий в команде не было. Поэтому за основу была взята особая конструкция, которую то ли некомпетентные, то ли ангажированные политологи назвали "полупрезидентской республикой" (примером президентской является США, где Президент - выборный глава правительства, примером парламентской ФРГ, где президент номинальная декоративная фигура, а главу правителсьва избирает парламент), но которую было бы правильно назвать СУПЕРПРЕЗИДЕНТСКОЙ. В РФ президент не является главой правительства, но фактически (в соответствии с конституционной процедурой) его назначает и отстраняет. Президент может распустить парламент. Значительная часть верхней палаты парламента (в разные периоды до половины) назначены президентом (точнее, назначенными им полностью подконтрольными чиновниками).

Иными словами, президент не входит ни в состав законодательной, ни в состав исполнительной власти, но контролирует их обе. Его положение полностью подобно положению ЦК КПСС во властной системе СССР - власть и контроль без ответственности.

Взамен этого создатели Бухаринской Ельцинской конституции прописали в ней целую главу жестко изложенных прав человека, с сильный уклоном в индивидуальные права, но хоть так. И, видимо, чувствовали себя такими же хитрыми, как Бухарин до ареста. Особенно гордились они нормой "Конституция является законом прямого действия" и тем, что любые акты, противоречащие конституции, не имеют силы. Правда, решение о противоречии принимал Конституционный суд, а их Президент только что, к их восторгу, изнасиловал Конституционный суд за то, что тот занял в его конфликте с Верховным советом неправильную позицию - но им почему-то казалось, что после изнасилования КС будет продолжать изображать правовую девственность, как ни в чем ни бывало.

Надо сказать, что Ельцин, которому нельзя отказать в... даже не знаю, как назвать, показал задавакам, чего стоят их хитрости, практически сразу. Не прошло и пары месяцев с того, как под пушечные залпы на улицах Москвы новая Конституция вступила в силу, как президент издал Указ (простой указ, стоящий ниже в конституционной иерархии самого мелкого закона), полностью отменивший для арестованных по обвинению в "оргпреступной деятельности" всякие конституционные гарантии правосудия (их можно было 6 месяцев держать в изоляции и без адвоката). Судя по тому, что никаких громких арестов по этому указу не было (арестовали несколько десяткой бизнесменов средней руки и "вытапливали сало" из них) - никакого другого замысла, кроме показать этим, в очочках и с бородками, где он их видел с их хитростями...

В чем же оказалась проблема с Хитрым планом в этот раз?

1. Вообще говоря, правовые нормы не работают без принуждения. Можно поставить статью в "привилегированную" главу Конституции, фактически отменяющую прописку (даже для иностранцев), но что ты сделаешь с тем, что полицаи на местах и Министр ВД продолжают работать так, будто ее нет? Поскольку ВСЕ линии контроля над МВД замкнуты на Президента - то ничего другого, как попытаться получить "доступ к телу" и упросить...

2. Дух важнее буквы, всегда. Если дух конституции состоит в том, что "Президент это Россия, все что хочет Президент - законно и хорошо", а буква этому местами противоречит, то решения все чаще и чаще будут приниматься по духу, а с буквой потом поработают. Так, в Крыму в 2014 году президенту зачем-то понадобилась буква, и он заручился постановлением верхней палаты на применение войск. В на в 100 раз более масштабную операцию в Донбассе - не захотел. Это кого-то взволновало?

3. Наконец, сам текст "привилегированной главы" содержит важную оговорку: ограничение перечисленных тут прав человека ВОЗМОЖНО [это ключевое слово] только посредством федерального закона. Это автоматически и полностью перечеркивает "принцип прямого действия": простой федеральный закон (даже не федеральный конституционный закон) может ограничить все эти якобы НЕПРИКОСНОВЕННЫЕ права. До 2011 года единственным ограничением была "буква" (федеральный"), но в 2011 году Конституционный суд (из принципа "дух важнее") позволил Рязанскому областному совету ограничить действие статьи о свободе слова (местный закон о "пропаганде нетрадиционных отношений"). То есть, от "защищенных" и "привилегированных" прав человека не осталось НИЧЕГО.

4. И наконец, можно просто забыть, что такой документ есть: Федеральный Конституционный закон (принятый в соответствии с прямым упоминанием в Конституции) требует, чтобы ходатайство иностранной провинции о прием в состав РФ даже не рассматривалось без согласия властей иностранной державы. ЭТОТ ЗАКОН ДЕЙСТВОВАЛ ВЕСНОЙ 2014-го И "ДЕЙСТВУЕТ" СЕЙЧАС.

Мне трудно поверить, что высоколобые конституционалисты 1993 года не понимали, что диктатура пахнет диктатурой, как ее ни назови...