Прочитал приговор Макарову
Лучше было бы умолчать, но скажу: мое отношение сменилось с "практически полная уверенность в невиновности Макарова" на "у меня столько сомнений в виновности, что как присяжный я бы, несомненно, голосовал за оправдание".
По другим темам: как я и предполагал, экспертиза Л. Соколовой занимает ничтожное место в общей структуре доказательств обвинения, а уверения нас в обратном были ложью. Притом в приговоре отмечено (со слов самой Соколовой), что проведенное исследование было резко недостаточным, и что она обратила на это внимание следователя. "Фаллический хвост" упомянут в одной фразе, при том что изложение показаний Соколовой занимает несколько страниц и, разумеется, свидетельствует (по мнению Соколовой) о наличии эротических фантазий, а вовсе не половой жизни. Гораздо существеннее для обвинения показания, в которых Соколова говорит о психологическом блоке у девочки на теме отца (отказ рисовать семью с папой - только маму и дочку) и "языке тела" - защите области половых органов, как только речь заходила о папе и других мужчинах и мальчиках. Разумеется, эти показания допускают разные интерпретации и оспаривание защитой; только обсуждение этих материй выглядит вовсе не так завлекательно, как лозунг "мужчину осудили, потому что садистка-чурка опознала в кошкином хвосте фаллос".
Теперь так: имеется трое врачей, которые видели сперматозоиды как в первом (возможно, нестерильном) анализе, так и во втором (по их уверению, стерильном), и еще несколько врачей, которые обсуждали с ними эту тему (но не глядели в микроскоп) и решали, обращаться ли в милицию. Позором является то, что материал второго анализа не был сохранен; в цивилизованных странах это признали бы грубым нарушением права на защиту (если это произошло по халатности следователя, а не врачей - к врачам, кстати, вопросов меньше, вспоминая, в каком режиме работали московские больницы этим летом). Это, в общем, улика. По мне недостаточная, чтобы осудить человека, но крепкая улика.
В общем и целом - выводы какие были, такие и остались: российские суд и следствие ниже плинтуса, российская общественность тоже не стесняется врать "за правое дело", не задумываясь ни о моральности, ни о практичности этого.
Кстати, известное выступление "судьи" Егоровой (пишу в кавычках, потому что называть Мосгорштамп под управлением Егоровой судом - нечестно) о необходимости отобрания дочери теперь уже у Т.Макаровой осталось бы преступным призывом, целым букетом тяжких уголовных преступлений даже при 100-процентной виновности Макарова. Вот тут никаких сомнений быть не может.
По другим темам: как я и предполагал, экспертиза Л. Соколовой занимает ничтожное место в общей структуре доказательств обвинения, а уверения нас в обратном были ложью. Притом в приговоре отмечено (со слов самой Соколовой), что проведенное исследование было резко недостаточным, и что она обратила на это внимание следователя. "Фаллический хвост" упомянут в одной фразе, при том что изложение показаний Соколовой занимает несколько страниц и, разумеется, свидетельствует (по мнению Соколовой) о наличии эротических фантазий, а вовсе не половой жизни. Гораздо существеннее для обвинения показания, в которых Соколова говорит о психологическом блоке у девочки на теме отца (отказ рисовать семью с папой - только маму и дочку) и "языке тела" - защите области половых органов, как только речь заходила о папе и других мужчинах и мальчиках. Разумеется, эти показания допускают разные интерпретации и оспаривание защитой; только обсуждение этих материй выглядит вовсе не так завлекательно, как лозунг "мужчину осудили, потому что садистка-чурка опознала в кошкином хвосте фаллос".
Теперь так: имеется трое врачей, которые видели сперматозоиды как в первом (возможно, нестерильном) анализе, так и во втором (по их уверению, стерильном), и еще несколько врачей, которые обсуждали с ними эту тему (но не глядели в микроскоп) и решали, обращаться ли в милицию. Позором является то, что материал второго анализа не был сохранен; в цивилизованных странах это признали бы грубым нарушением права на защиту (если это произошло по халатности следователя, а не врачей - к врачам, кстати, вопросов меньше, вспоминая, в каком режиме работали московские больницы этим летом). Это, в общем, улика. По мне недостаточная, чтобы осудить человека, но крепкая улика.
В общем и целом - выводы какие были, такие и остались: российские суд и следствие ниже плинтуса, российская общественность тоже не стесняется врать "за правое дело", не задумываясь ни о моральности, ни о практичности этого.
Кстати, известное выступление "судьи" Егоровой (пишу в кавычках, потому что называть Мосгорштамп под управлением Егоровой судом - нечестно) о необходимости отобрания дочери теперь уже у Т.Макаровой осталось бы преступным призывом, целым букетом тяжких уголовных преступлений даже при 100-процентной виновности Макарова. Вот тут никаких сомнений быть не может.
no subject
Я бы сказал так - что у девочки явно не все в порядке с половым развитием, и к этому причастны некие мужчины. Это все - глубже суд не откопал.
no subject
т.е. я бы сам сказал не "явно не все в порядке", а "есть повод задуматься и серьезнее посмотреть". м.б., будь я специалистом, я бы сильнее выразился, но я не специалист.
кстати, я еще наткнулся на разбор с трезвой головой (http://tuhanina.ru/2011/11/17/klyuch-k-prigovoru-kto-posadil-vladimira-makarova-2/#more-3136) в блоге, куда вели мои ссылки. там автор считает, и, кажется, небезосновательно, что в каком-то смысле семья сама очень хороша - они сделали все возможное, чтобы убедить суд (не очень понятно зачем главное), что никто кроме дедушки и папы с девочкой наедине не общался в принципе. т.е. сами себе вырыли яму - после такого как-то сложно пытаться доказывать, что сперма была какого-то постороннего мужика.
так что защита там, похоже, и правда какая-то была из рук вон, как Вы с самого начала и говорили, насколько я помню...
no subject
no subject
no subject
И, честно говоря, мне это кажется куда как более вероятным, чем история о том, что кто-то его захотел упечь за решетку таким оригинальным способом. Сексуальное насилие и развратные действия в отношении детей случаются, и совсем не так редко, как хотелось бы, причем это явление распространено во всех слоях общества. Так почему же общественность так яростно защищает Макарова? Я этого совсем не понимаю.